“Нам нужна полная изоляция Путина”. Депутат Верховной Рады – о международной реакции на агрессию России против Украины

40 переглядів
8 хв читати

Президент Украины Владимир Зеленский по видеосвязи выступил перед депутатами итальянского парламента. Он призвал Италию цитата “не быть курортом для убийц”, а именно, чтобы власти Италии заблокировать активы влиятельных россиян.

О международной поддержке и реакцию на войну в Украине мы поговорили с депутатом Верховной Рады Аленой Шкрум. Она в составе украинской делегации ездила на встречу с Борисом Джонсоном и устраивала акцию на Даунинг Стрит.

– Как вы оцениваете нынешнюю поддержку Украины?

– Мы очень благодарны за поддержку, я думаю, что это огромная поддержка в связи с тем, что Путин сделал, абсолютно немыслимо, и поэтому поддержка немыслимая для мирного времени. Но нам нужны конкретные действия. И вот здесь непростым решением для меня и моих коллег уехать из Киева, из Украины на два дня, плюс в дороге два дня туда, два дня обратно, поскольку сейчас занимает очень много времени, психологически нам казалось, что это может быть тратой времени, но это было правильное решение именно потому, что Британия понимает лучше многих других европейских стран, и, наверное,

лучше сейчас, чем США, что такое сражаться с Гитлером, которым стал по факту Путин, что такое когда не работает умиротворение агрессора, оно не работало в Мюнхене в 1938 году, оно не сработало в Украине в 2014 году в Минске, и оно не сработает сейчас.

Поэтому очевидно, что нам нужно больше действий стран НАТО, стран Европейского союза, Франции, Германии, США – нам нужно больше как раз не поддержки и конкретных слов, митингов, это тоже очень ценно, оваций и грустных взглядов, нам нужны конкретные действия: нам нужно оружие. Если вы не хотите закрывать небо – нам нужны все варианты для того, чтобы мы закрыли небо сами. Дайте нам закрыть небо самостоятельно, для этого нам нужно огромное количество технических частей и деталей. Британия об этом знает, и Британия уже начала такие вещи передавать, в том числе на второй день нашего визита. Нам нужны медикаменты, нам нужны бронежилеты в первую очередь не столько для армии, армия оснащена, сколько для волонтеров, для медиков, для врачей, которые работают, для тех, кто эвакуирует людей. Нам нужно больше санкций, нам нужна полная изоляция Путина:

экономическая, социальная, культурная, любая. Он не остановится. И, конечно, нам нужно больше смелости от наших европейских партнеров, которые почему-то считают, что война до них не дойдет, как они считали в 1938 году, и очень не хотелось бы, чтобы история повторялась опять и опять без выученных уроков.

– Желания украинских властей и украинского народа в целом понятны. Как вам кажется, готовы ли действительно на это идти западные страны?

– Некоторые готовы абсолютно, и от Британии, например, мы получаем полное понимание того, что происходит. С Францией, а я являюсь главой группы дружбы с Францией, мне тяжело разговаривать, иногда стыдно, что я прожила во Франции два года, считала Францию своего родиной, работала во Франции, а при этом огромные французские компании “Ашан”, Danone, Societe Generale, BNP Paribas, Leroy Merlin не просто продолжают работать в России, а считают, что они могут себе позволить бизнес as usual и вести бизнес, как они это делали в последние 20 лет. Это отвратительно, это стыдно. И, к сожалению, Франция, наверное, до конца не поняла, что происходит.

Точно так же, как Германия до конца не понимала, что происходит с “Северным потоком – 2”.

Сейчас я начала много читать, смотреть про Вторую мировую войну того, что я даже не знала раньше. Возможно, это моя вина, что я этого не знала. И все повторяется абсолютно один в один. Харари написал статью о том, что в Украине сейчас можно остановить постоянное повторение истории. Все идет точно так же по спирали. Когда в 1938 году разделяли Чехословакию и позволили Гитлеру напасть на Чехословакию и ее разделить, тоже Франция и Германия, и Британия с Чемберленом тогда говорили, что это будет последней агрессией, просто нужно Гитлеру отдать пространство для жизни немцев, и все будет окей. После этого мы знаем, что случилось: была Польша, была Латвия, была Бельгия, была Франция, был Париж, был Лондон, были бомбардировки и так далее.

Сейчас все происходит точно так же: Путину абсолютно недостаточно Приднестровья, Абхазии, аннексированного Крыма, Донбасса, Украины, он пойдет дальше, он пойдет дальше в страны НАТО, и он рассчитывает на слабость как раз европейских лидеров.

Мы рассчитываем на то, что они, наконец-то, будут сильными, и что украинское население, которое сражается и будет сражаться до последнего солдата, до последнего человека на нашей земле, промотивирует их все-таки осознать какие-то исторические уроки, если они до сих пор не осознали.

– У вас нет ощущения, что почти за месяц войны западные страны уже сделали все, на что они были готовы. Все дальнейшие шаги, как, например, ограничения на покупку российского газа, российской нефти, они просто будут приниматься в течение очень долгого времени, и, конечно, в краткосрочной перспективе Украине никак не помогут.

– Нет, у меня нет такого ощущения, я, наверное, оптимистка по жизни, особенно в этой ситуации, в которой мы сейчас [находимся]. Но я слишком много всего за свою даже семилетнюю политическую карьеру видела, как невозможное становится возможным. Нам говорили тысячи сотен раз о том, что отключение России от SWIFT никогда не будет возможным, находили миллиард причин, почему это неправильно, невозможно, не сработает и не поможет. Сейчас пришел час Ч, и Россию отключили от SWIFT,

и мы дожмем отключение всех банков Российской Федерации от SWIFT, и это стало возможным. Нам говорили то же самое про невозможность закрыть небо. Мы ищем варианты, и мы нашли 100 вариантов как закрыть небо по-другому, другими методами, другими вариантами, но мы по чуть-чуть его закрываем самостоятельно.

– Это что вы имеете в виду?

– Если не могут закрыть небо наши иностранные партнеры НАТО, они могут нам дать те вещи, которые помогут нам закрыть небо самостоятельно, потому что закрыть небо – это работает, когда это становится очень дорого для российской армии. Если каждый второй самолет будет сбит, каждая ракета будет сбита, и каждая установка будет сбита, то становится слишком дорого эти ракеты запускать и эти самолеты запускать. По факту нужны просто очень крутые системы, чтобы они сбивали максимальное количество ракет агрессора. И есть варианты, я сейчас не могу говорить все. Есть варианты, как мы можем закрывать небо чуть-чуть самостоятельно, и мы это пытаемся делать. Точно так же будет со всем остальным, мы дойдем и до бойкота, и до закрытия портов для всех российских товаров, не просто для российских суден, как это сейчас делается, а для всех товаров, которые идут из России, в том числе, конечно, нефть. Мы к этому придем, вопрос просто сколько жизней украинцев нужно будет забрать Путину и сколько еще нужно разбомбить детских домов, детских садиков и госпиталей, где рожают женщины, как в Мариуполе для того, чтобы Европа, наконец, ввела самые серьезные санкции. Я уверена, что это случится. Я надеюсь, что это случится раньше, чем позднее.